Кто стоит за продажей украинских детей на черных рынках

_________________




Источник фото: Reuters


За тысячу перевалило число обращений в постпредство России в ООН от украинских беженок. Они умоляют спасти их детей, отнятых ювенальной юстицией разных стран ЕС. Как так: украинцы просят о помощи «вражескую» Москву, а не Брюссель и Киев, обвинивших в «похищениях украинских детей» Россию? Но Брюссель отрицает факты изъятия, похищений и торговли украинскими детьми. И все ради главного: воровство и торговля детьми в ЕС вступают в фазу их… усыновления. Кем, для чего и кто платит?


«Мама, тут тюрьма»

У Марины Базылюк, бежавшей из Ирпеня под Киевом сначала в Чехию, а потом в Лондон с дочкой и мамой, отняли 14‑летнюю дочь Нину. Девочка, живя в Праге, год училась онлайн в киевской школе, поскольку в Чехии с 9-го класса образование платное. Мама и дочь, чтобы накопить денег на учебу, с пяти утра пекли хлеб в пекарне. На работе от соотечественников они узнали, что в Британии школы для украинских беженцев бесплатны. Поехали на «разведку» в Лондон. Там их определили в одну из школ района Хаммерсмит, откуда они сбежали, попросив перевести в другую. Мама отказалась учить ребенка в классе, где дети мигрантов из южных стран почти не говорили по-английски. Местные власти обвинили мать в нежелании дать «образование несовершеннолетнему», вызвали полицию и поместили девочку в приют.

Марина Базылюк в поисках помощи вышла на такую же пострадавшую – Викторию Щелко из Киева. У Щелко репутация правозащитника: у блогера, модели и экс-полицейского из Киева тоже социальная служба и полиция отняли 10-летнюю дочку Злату. Но женщина свободно говорит по-английски, и не сдается. Ее за то, что она, переехав из Германии, отказалась жить в предоставленном властями района Хамммерсмит жилье, которое назвала «антисанитарным», обвинили в том, что украинка «не обеспечила надлежащие условия проживания ребенка», причинила дочери «эмоциональный вред», так как «ментально больна». То, что Щелко не псих, она, пройдя медобследование, доказала. Ей разрешили иногда приходить в начальную католическую школу при детдоме, куда поселили 10-летнюю Злату. Но, когда мать пыталась передать дочери теплую одежду и обувь, дочь предупредила: «Мама, тут тюрьма». И мать выгнали за нарушение «правил распорядка» заведения.

Вскоре полиция Базылюк и Щелко дала знать, что им пора в Чехию и Германию. Накануне у Щелко, а она была беременна, случился выкидыш, что чуть продлило ее легальное пребывание в Британии. За это время женщина вместе с Базылюк успела записаться на прием в посольство Украины, где им обещали помочь, но ничего не сделали. Тогда Щелко нашла украинских юристов в Лондоне, заплатив им несколько тысяч фунтов. Все, что они сделали, – вывели женщин на польскую правозащитницу Иоанну Пахвицевич. Она сообщила беженкам, что изъятия детей у украинских беженцев участились в разных странах – в Польше, Германии, Италии, Франции. Еще у Пахвицевич на руках 124 решений судов о пропавших без вести украинских детях-сиротах в Великобритании, Испании, Германии. Всего же таких зарегистрированных случаев и переданных в российский Фонд борьбы с репрессиями, больше 400.

– Я не знаю, к кому обратиться кроме России, – говорит Иоанна Пахвицевич. – У меня на руках сотни документов о том, как ювенальная юстиция Великобритании и Бельгии отнимает у украинских беженок детей и передает их некоему гражданину Испании (фамилия, адрес есть в Фонде борьбы с репрессиями, – «РГ») и его жене, гражданке Украины. Эти двое наладили поток поставок детей в Испанию, подали заявку на открытие детского дома и получают финансирование от разных фондов. Я располагаю документами о том, что эти люди из Великобритании, Бельгии и Германии вывезли 85 детей, а по документам у них в Испании значатся 77 сирот. Помимо восьми пропавших, неизвестно куда делись еще 244 ребенка, вывезенных этой супружеской парой с Украины. Нужно международное расследование. Однако ЕСПЧ и ОБСЕ не считают меня, частное лицо, уполномоченной передавать им документы по изъятиям и пропажам детей.

У Елены Ковалевой из Днепропетровска сына забрали прямо из песочницы, где он играл. Семья, у которой Ковалева жила в Берлине, написала жалобу.

Таким образом, образовался правовой тупик-треугольник. С 5 апреля 2023 г. Иоанна Пахвицевич требует расследования ООН по пропажам украинских детей. Ей отказывают на том основании, что «факт пропаж не установлен».

Виктория Щелко из Германии направила в правительство Украины петицию «Против незаконного изъятия детей социальными службами в других странах, лишения матери прав на их воспитание, бездействия консульств, омбудсменов и государственного сектора, а также незаконного использования юрисдикции Украины другими странами в суде». Петиция в Киеве принята, но полгода как «проходит регистрацию».

И, наконец, в постоянное представительство России при ООН обратились сотни украинских женщин-беженок, не только из Донбасса и Запорожья, с просьбой помочь вернуть их детей, изъятых властями ЕС. Однако юрисдикция России, с точки зрения ООН, на Донбасс, тем более на остальную Украину, не распространяется. Как быть?

Время «формулы Арриа»

Опора на международное правозащитное движение с 2014 года, когда началась обстрелы мирных жителей Донбасса, а правозащитники их «не видели», похоже, ведет в никуда.

– Не примут международные правозащитные организации заявления ни беженцев, ни правозащитников, – убеждена советник главы ЛНР, руководитель центра «Мемориал. Не забудем! Не простим!» Анна Сорока. – Они все знали с 2014 года, но не было не только ответной реакции, но и правовой оценки, пока не поступило негласной команды – как реагировать на вхождение Донбасса в состав России. Ответом стало то, что преступниками названы не те, кто отнимает, похищает и тем более торгует детьми, а «сепаратисты» Донбасса и Россия. Это диагноз беспомощности международной правозащиты. Хуже того, ОБСЕ – просто штатные шпионы. В ЛНР, когда мы заходили на освобожденные территории, видели в кабинетах сотрудников миссии, карты с передвижениями наших войск. В дневниках защитников детей была «нужная» информация – адреса наших ополченцев, где живут усыновленные дети или дети, у кого родители погибли, а они на попечении родных.

Как заметила Анна Сорока, с началом СВО изменился масштаб воровства детей. Если раньше похищения прикрывались заботой об отдыхе сирот на море под Одессой, откуда их уже не возвращали, то с лета 2023 года вице-премьер Украины Ирина Верещук объявила о принудительной эвакуации детей-сирот с подконтрольных Киеву частей Донбасса, Запорожья, Херсона и Харьковской области.

Если вы прогуляетесь по Берлину или Амстердаму, за любым углом вокзала увидите, как бойко идет секс-торговля. В глаза бросается взрывное снижение возраста жриц и жрецов любви со «стандартных» 15 до 12 и даже до 10 лет.

По данным парламентской комиссии по расследованию преступлений Киева против детей, возглавляемой вице-спикером Госдумы Анной Кузнецовой, схема изъятия уже не только сирот, но и детей из обычных семей работает в прифронтовых районах как часы. Украинские волонтеры фонда «Белые ангелы» и полиция вламываются в дома и увозят детей, в то время как полиция забирает отцов на фронт, лишая их шанса защиты своих семей. Дальше фонд Save Ukraine перепродает детей в Европу.

При этом, по данным детских омбудсменов ЛНР и ДНР, в Авдеевке и окрестностях остаются около 59 семей-усыновителей, в Славянске – 23 семьи, в Краматорске – 43, в Херсоне – около 60, в Купянске – 38. За ними идет охота без правил. Ее алгоритм, как установил Следственный комитет России, возбудивший свыше 2,5 тысячи уголовных дел по фактам похищения и торговли детьми в Донбассе и на Украине, прикрывают британские и американские ЧВК. Раньше их следы были замечены в похищении и продаже детей в Сирии, Ираке, бывшей Югославии, Ливии, Эфиопии и Афганистане. Следы тоже вели в ЕС и США. Из чего СК России и парламентская комиссия по расследованию преступлений в отношении детей со стороны Киева делают заключение: украинские власти встроены в практики ЕС по отбиранию детей-мигрантов из семей. Что нарушение не только Декларации прав ребенка, но и ее отмена, поскольку Декларация ООН насильственную передачу детей признает геноцидом.

Но ЕСПЧ, Международный уголовный суд (МУС), ООН и ОБСЕ как в рот воды набрали. Тревогу бьют уже не только правозащитники Донбасса, а и украинские беженцы стран ЕС, у которых отнимают детей. Их обращение в постоянное представительство России в ООН, минуя власти Киева, спровоцировало казус «формулы Арриа». Или ряд неофициальных встреч в рамках Совета Безопасности ООН по инициативе членов СБ.

Иначе быть не может: Россию о помощи просят иностранцы. Поэтому встречи по «формуле Арриа» необязательны, и по их итогам не будет принятия резолюций СБ. От них можно отмахнуться, если бы не посол Венесуэлы в ООН Диего Арриа. Он через неофициальные встречи в ООН в 1992 году смог доказать миру, что в Боснии и Герцеговине был геноцид не только мусульман, но и сербов, хотя ему никто не верил.

Что-то подобное происходит и с изъятием и воровством украинских детей. После серии встреч по «формуле Арри» в СБ ООН дипмиссия России при ООН создала «Почтовый ящик» для обращений о помощи и публикует их в своих англоязычных сетях. Накопилось свыше тысячи просьб о помощи. Что медленно меняет ситуацию. Назначенный Папой Римским представителем Ватикана по возвращению детей на Украину кардинал Маттео Дзуппи с челночными визитами побывал в Киеве, Москве, Брюсселе и Вашингтоне. В Москве он встречался с Патриархом Московским и всея Руси Кириллом, детским омбудсменом Марией Львовой-Беловой, помощником президента России Юрием Ушаковым.

Как объяснила «РГ» Мария Львова-Белова, она не вправе комментировать содержание неофициальных встреч, но «у сторон есть понимание проблемы возвращения украинских детей домой». Однако кардинал Дзуппи по возвращении из Вашингтона и Брюсселя иначе расставил акценты. Он заявил, что целью его челночных визитов в Москву и Брюссель «является гуманитарный вопрос возвращения украинских детей назад на Украину из РФ».

На фоне принятой ПАСЕ резолюции, обвинившей Россию в «геноциде» детей, вывезенных из зоны боевых действий и спасенных от украинских снарядов, заявление близко к стилю резолюции ПАСЕ. Той самой, на основании которой МУС выдал «санкцию на арест» президента России Владимира Путина и Уполномоченного по правам ребенка Марии Львовой-Беловой.

Тайна усыновления

– Ирония истории – главный офис МУС находится в моей стране, – говорит журналист Соня Ван ден Энде из Нидерландов, которая одной из первых в СМИ Евросоюза сообщала о бомбардировках ВСУ мирных городов Донбасса, за что вынуждена была бежать в Россию. – Именно Нидерланды первыми в ЕС через суд отняли, по разным данным, от 100 до 300 детей у бывших детей-мигрантов, неспособных выплачивать компенсацию за пособия на их детей. Еще поэтому я уверена, что расследования ООН по украинским детям, по какой бы формуле оно ни проводились, ничего не дадут. МУС уже назначил виновных. Это называется «инструмент защиты демократии», а на самом деле – копия решения по Ираку, когда МУС объявил в розыск «за похищение детей» Саддама Хусейна, а затем президента Сирии Башара Асада. Теперь настала очередь России. При этом ширма Ватикана о том, что «важно остановить политику разлучения семей на Украине», работает. Россия эти заявления понимает как встречное движение, а Брюссель и Вашингтон дают подсказку МУС – сначала вывезем из России всех украинских детей, а потом публично накажем «виновных». Это опробованная практика применения инструментов культурного геноцида детей – принудительной ассимиляции. В свое время США, Австралия и Канада положили начало похищению детей коренного населения с целью их ассимиляции. Теперь идет тиражирование опыта в Европе.

Как считает Ван ден Энде, первые скандалы в Нидерландах и Бельгии, лишь начало новой эпохи. Там повзрослевшие дети-беженцы из стран Африки, которым выплачивались пособия, не могут их возвращать, поскольку это большие суммы: им платили от года до 18 лет. А у них уже свои дети, которых надо растить и содержать. И Нидерланды через суд отняли до 300 детей у этих бывших детей-мигрантов, как компенсацию за невыплаты пособий. Никто не знает где изъятые дети. Аргумент ювенальной юстиции: «Тайна усыновления».

Никто не знает, где изъятые дети. Аргумент ювенальной юстиции: «Тайна усыновления». Такова отложенная цена за попадание в «европейский сад».

В Бельгии такие суды еще продолжаются, но дети уже отняты у семей за неуплату их родителями компенсаций. Такова отложенная цена за попадание в «европейский сад». То есть запускается маховик бюджетирования новой семейной политики, инструментом которой становится ювенальная юстиция, цель которой – возместить убытки, затраченные на натурализацию мигрантов.

– Это не самое страшное, что ждет отнятых и похищенных украинских детей, – считает Соня Ван ден Энде. – Если вы прогуляетесь по Берлину, Антверпену или Амстердаму, за любым углом вокзала увидите, как бойко идет секс-торговля. В глаза прохожих бросается взрывное снижение возраста жриц и жрецов любви со «стандартных» 15 до 12 и даже 10 лет. Это едва ли не единственный путь не умереть от голода беженцам из Ливии, Конго или Нигера. Власти это видят, но ничего не делают. Точнее, в ряде стран ЕС говорят о том, что для беженцев доступные способы заработка – проституцию и наркотики – надо легализовать, чтобы их контролировать. То есть решается не проблема, разрешается на ней зарабатывать.

Чтобы представить растущий масштаб проблемы, достаточно посмотреть статистику ООН. Только в 2003 году из Ирака в ЕС, США и Канаду нелегально вывезено до миллиона детей, потерявших родителей. 1450 детей похищено и эвакуировано из Афганистана в период нахождения там войск США. До 700 тысяч детей Сирии оказались в лагерях беженцев в Турции и Иордании, где их следы теряются. Или всплывают, как с украинскими украденными детьми, где-нибудь в Испании, Германии или Бельгии, где эти дети, как выясняется, в лучшем случае, попадают в полулегальные детские дома, усыновляются ЛГБТ-семьями, в худшем, – подвергаются эксплуатации, в том числе сексуальной.

Однако признавать факт того, что воровство детей у уязвимых слоев населения Земли и их эксплуатация – это системная проблема стран, считающих себя цивилизованными, эти страны не намерены.

Их цель – похитителей и торговцев детьми показать спасателями, поскольку они обслуживают глобальную программу насильственной «культурной ассимиляции» детей беженцев и мигрантов в странах ЕС и США, где развернуты лагеря по их натурализации.

Формула отмены «культуры геноцида»

Вопрос в том, как цивилизованно противостоять формуле «культурного геноцида». На первый взгляд, все есть. Это та самая Декларация прав ребенка ООН от 1959 года с дополнениями к ней от 1990 года. Именно на нее ссылаясь, ПАСЕ обвинила Россию в похищении детей из зоны вооруженного конфликта на Украине. На нее ОБСЕ и ЕСПЧ опираются, отказывая Донбассу и украинским беженцам в приеме документов об изъятиях, похищениях и торговле детьми, как «несубъектным лицам». Так закон превращен в способ манипуляций.

– Нужно международное расследование и суд БРИКС, а не ООН, который деморализован глобалистами, – убеждена Соня Ван ден Энде. – Суд БРИКС не будет иметь представительства ООН, но он объединит разрозненные силы пострадавших – Ирака, Сирии, Ливии, Афганистана, Сербии, Украины. За ними подтянутся те страны Африки, детей потомков, которых сегодня заставляют платить за чужую политику культурной ассимиляции.

Не исключено, что СК РФ и парламентская комиссия по расследованию преступлений Киева против детей выбрали именно этот путь. Ведь материалы расследования уже передаются в парламенты самых разных стран, включая пострадавшие.

– Я тоже считаю, что мир нуждается в разработке нового законодательства по защите детей, но под эгидой ООН, – говорит посол МИД России по особым поручениям по преступлениям киевского режима Родион Мирошник. – Этот закон очертит равные условия в определении степени вины и привлечения к ответственности за похищение детей в ходе вооруженных конфликтов. Но путь к нему длинный. Одно то, что народы ЕС и США считают, что Евросоюз «спасает детей Украины», а Россия похищает, это нам урок. Разоблачение фейков – не шутки. Они формируют не только западное общественное мнение.

«Работа над ошибками», признает Мирошник, затянет создание механизма, по которому иностранные государства вернут отобранных детей не только на Украину. Тем временем суды стран ЕС продолжают лишать родительских прав украинских беженцев. У Елены Ковалевой из Днепропетровска сына забрали прямо из песочницы, где он играл. Семья, у которой Ковалева жила в Берлине, написала жалобу на то, что женщина «мало кормит» мальчика и слишком эмоционально реагирует на бытовые трудности. Ювенальные службы по доносу увезли малыша «до выяснения всех обстоятельств». Вскоре на первом судебном заседании женщине сообщили, что ее сын передан в полную семью, а мать может видеть сына раз в месяц. Когда женщина расплакалась, ей назначили психиатрическое обследование.

Владимир Емельяненко, RG

 

Рейтинг: 
Средняя оценка: 4.6 (всего голосов: 10).

_______________

______________

реклама 18+

__________________

ПОДДЕРЖКА САЙТА